форева ёрс (inga_ilm) wrote,
форева ёрс
inga_ilm

про четыре главные роли в одном любимом спектакле

Любовь и всякое такое...

Возможно, постоянные читатели "Театрального сезона" могут упрекнуть меня в чрезмерной любви к отдельным театрам. Так оно и есть. Мне нравятся спектакли, поставленные на малых сценах, без излишней помпезности и академичности. В уходящем году к моим любимым прибавился московский театр им. А.С. Пушкина, точнее его филиал, на сцене которого я увидела хорошие, а иногда и очень хорошие спектакли. К последним относится "Любовь и всякое такое..." по мотивам рассказов Дж. Сэлинджера.

Кто знаком с прозой американского писателя, знает эту грусть и смех сквозь слезы, которыми проникнуты все его произведения. Как сказали бы критики времен соцреализма: "его героев объединяет нежелание принимать лицемерие и фальшь окружающего мира". Казалось бы, избитая романтическая тема. У персонажей Сэлинджера собственная логика и своя система приоритетов, являющиеся способом бегства от действительности. Антагонизмом им является принятие разумности и практицизма с формулой "живи, как все".

Загадочный уход писателя из литературы и затворничество в захолустном Корнише штата Коннектикут до сих пор тревожат умы его поклонников. До сих пор действует нелепый запрет автора на переиздание ранних новелл - рассказов все о тех же героях в период мучительного перехода из мира юности во взрослый мир, о том, как трудна происходящая при этом смена ценностей, и какие она несет потери и травмы. Сама собой напрашивается аналогия с нашим классиком Львом Толстым, который к старости посчитал свои произведения ничтожными и постыдными. Однако мы любим Толстого за его "Анну Каренину" и "Воскресенье", а не за нудные статьи о богоискательстве и морали. Так же, несмотря на тридцатипятилетнее молчание, мы помним и любим Сэлинджера за "Над пропастью во ржи" и "Девять рассказов".

Герои спектакля молодые люди и подростки. Четырем актерам (тоже молодым) легко перевоплощаться из рассказа в рассказ из образа девушки-подростка в неверную жену, а затем снова в наивную девушку, из холеного рафинированного денди в сержанта второй мировой войны.

Органичное и бесхитростное повествование укладывается в рамки 4-х частей (4 рассказа, 4 актера), отделяемых одна от другой старательными детскими каракулями на ученической доске девочки Рамоны.

На мой взгляд, режиссеру и актерам удалось передать притягательность произведений Сэлинджера - "писателя, так и не окончившего начальную школу" и основной мотив его творчества - тоску по неподдельности жизни простодушных и наивных героев.

Так о чем пьеса? Конечно, о любви, как следует из названия. А "всякое такое..." - обычные житейские составляющие: дружба, измена, ревность, воспоминания. И, пожалуй, неважно, что герои американцы. Все эти Джинни, Фрэнки, Артуры, Мэри Джейн и Элоизы не очень то и отличаются от нас - чувства присущи всем и выражаем мы их одинаково, независимо от страны проживания и климатических условий. А возможность наслаждаться хорошим спектаклем - присуща только зрителям. Не упустите такой шанс!

Ирина Чернышева
отсюда: https://vasechkin.ru/pager.php?id=3

* пользуясь случаем, хочу сказать обольшое спасибо создателям сайта. уникальное собрание фактов. в частности и моей жизни. я сама ничего не помню, только если вспышками :)

***  на самом деле, мы начали работать с Женькой над Селенджером когда еще учились на первом курсе. Я притащила рассказ своего любимого писателя на первый же показ. И потом, на протяжении четырех лет, продолжала ставить и играть на самостоятельных отрывках, то одну его героиню, то другую. Этот писатель очень хороший режиссер - если исполнять дословно его ремарки, выстраивается очень точная линия поведения, настоящая композиция роли. внутренний монолог его героев легко выразить и сценографически. Селенджер вообще - мастер внутреннего монолога. Автор одной из самых знаменитых исповедей. И в своих рассказах он говорит об очень глубоких вещах и очень простым языком, оставляя важное между сторк. Предлагая со-участие читателю. И эти размышления о человеке, полны искренним состраданием к его природе, а еще нежной насмешкой, оттого на сцене возникает кружево тонкого юмора. Все наши наблюдения за американским писателем, его прочтение искало законченную форму. В итоге работы были отобраны четыре рассказа. Женя написал хорошую инсценировку (к тому времени он уже переписал Стивенсону Остров сокровищ), а Алла Борисовна Покровская за нами присмтривала. А показать мы спектакль хотели художественному руководителю театра Юрию Ивановичу Еремину. Потому что нам очень хотелось играть такой спектакль на нашей малой сцене. Привыкнув существовать пока только "этюдно", грубо говоря переходя через ЗТМ, мы не представляли как справится с главной трудностью - как связать четыре разных рассказа, в которых четыре разных главных роли мы с Женей исполняем, в единый спектакль. Главный режиссер посмотрел и сказал - найдете решение, тогда поговорим.

Худсовет закончился раньше чем предполагалось, машину я оставила где-то - думала будет до ночи банкет. Праздненства и фейверки. Ан нет. Так что пошла и села на кольцевую линию в метро. И поехала. Я, кстати, и на машине всегда так делала. Встанешь на Садовое и катаешься. Неизвестное количество кругов. Или по бульварному кольцу, если пешком. Очень удобно - даже если крепко задумаешься, не потеряешься. Не помню сколько раз проехала свою станцию, но из дома уже позвонила Жене с идеей - объеденить все сценками из жизни девочки Рамоны. Маленькой героини рассказа Лапа-Растяпа. Я не знаю кто и как разыскал потрясающую маленькую девочку на эту роль. Уникальное существо! Она создавала невероятную атмосферу играя небольшие интермедии, и старательно выводя на столбах мелом названия рассказов. Мало того, проникновенно, очень по-взрослому исполняла она драматическую роль внутри самого произведения.  А эти репетиции до потери пульса! В общем было здорово, конечно.  Но... Это не студенческий же спектакль - он пойдет на государственной сцене. А на дворе 1999 год. И Селенджер категорически запретил свои произведения к постановке или экранизации. Что делать? Например, если к вопросу про авторские права. Пошли на риск, ну правда типа - студенческая работа. На малой сцене. Театральная лаборатория. А уж когда слух прошел среди селенджероведов, настоящих, истовых, что Селенджера на сцене ставят! Вот тогда было страшно. Однажды чуть ли не весь зал на сто с лишним мест, оказался селенджероведами. Вот битком набит. Жаркий такой. Прямо в лицо дышит. И ни одного недовольного! Приходили за кулисы и говорили - Мы вас громить шли. Как посмели! Что такое? Какие могут быть интепретации! Нарушить волю художника?! Пришли и посмотрели. Как следует. И понимаем - ничего тут не нарушено. Все у вас именно так, как и написано!

Для меня это была самая высокая похвала!
Tags: флешбэк, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment