форева ёрс (inga_ilm) wrote,
форева ёрс
inga_ilm

Я к сожалению еще не успела погрузится в ссылки по законопроекту, то есть досконально с предметом не ознакомилась в связи с праздником ☺

Но

Что я могу сказать по этому поводу как начинающий историк искусства и просто как житель Москвы.

Сохранение уникального национального наследия - это обязанность государства. Другого мнения быть не может, если только у власти не стоит противник культуры или равнодушный к ней человек, то есть человек либо не соответствующий своей должности, либо враг собственного государства, ибо культура – это основа на которой все зиждется. Это единственное что объединяет людей помимо географии. А если быть точнее, культура – это то что складывается тысячелетиями и как раз обуславливается географической средой, а так же экономическим строем и мировоззрением определенного исторического периода, что характеризует рассматриваемый этнос. Архитектура в этом случае - один из наиболее явственных выразителей происходящего в общественной жизни. Она отражает целые культурные пласты, открывает доступ к бесценной информации. Потому что это искусство «социальное», то обращенное ко всем и каждому одновременно. У картины, иконы, скульптуры, мелкой пластики, ювелирных украшений круг «зрителей» значительно уже. Архитектура принадлежит всем. И никому не надо за это платить. Просто живи - ходи, смотри по сторонам и размышляй, впитывай. И средневековый город, каковым является Москва – это чудо. И даже если вот прямо сейчас, сегодня прекратить строительство в исторической зоне Москвы привести здания в порядок, но не путем поджогов, халатности и сноса, а путем достоверной профессиональной реставрации. Если попытаться вернуть городу скверы, увеличить количество пешеходных зон – отдать город его жителям, вот тогда бы он бы расцвел и зажил полной жизнью.




На данный момент градостроительная политика увеличения нагрузки на центр путем сноса массивов жилых кварталов и строительства гигантских офисных комплексов продемонстрировало свою несостоятельность. Эти шаги погубили человеческую жизнь в городе. Как с точки зрения проведения досуга его жителей, так и с точки зрения транспортного сообщения. Люди вынуждены проводить томительные часы своей бесценной человеческой жизни в дороге на работу и с работы. Даже если дорога до рабочего места ежедневно занимает в общей сложности не более трех часов, то это означает что почти сутки в неделю или около двух месяцев в год человек проводит без всякой пользы для себя и общества. Он жжет бензин в пробках или толкается в подземных переходах в обоих случаях подкидывая деньги одной или другой компании. Кстати, любопытно, что о комфорте и смене визуальных впечатлений под землей наши родители позаботились. Я плохо знаю московский Метрополитен – но первое что приходит на ум площадь Революции. Зато я точно знаю что в Ленинграде каждая станция есть яркое архитектурное высказывание. Прославление исторических персоналий или военных побед и важных для страны событий. Подземные дворцы, драгоценные храмы – мрамор, литая бронза, мозаика... Не то что строят теперь.

А что и говорить о прогулке в исторической среде? Это один из самых приятных видов отдыха. А иначе зачем миллионы людей приезжают в тот же Рим? Флоренцию? Ригу? Прагу? Берлин? Париж? Сингапур? Дубай? Людям нравится прогуливаться и любоваться видами. Зачем же лишать жителей города такой необходимой им среды и такого естественного ежедневного удовольствия? В центре каждый из домов может рассказать свою историю. Нужно просто учить людей оглядываться вокруг, им необходимо перестать бежать. Нужно учится просто идти.

И помимо того. Архитектура – это пропорция. Классическая пропорция - строится на пропорции человеческого тела. Есть каноны, который складывались веками. Пребывание в такой среде – приятно и не побоюсь этого слова более естественно для человека. Мы ощущаем это на уровне животного чувства. И такая среда дает человеку возможность чувствовать, что именно он является мерой всех вещей. Что он понимает природу, черпает из нее лучшее и украшает этот мир. Настоящая архитектура – это гармония.

Как было сказано выше человечество проходит через разные периоды развития и всякая архитектура отражает ценности своего времени. Сегодня мы видим гигантские «вавилонские башни» - муравейники, созданные для бесчисленного множества людей, которые живут за прозрачными перегородками, которые безликими потоками вливаются в жерло входа, которые проводят в этом стеклянном улей большую часть своей жизни. Причем это не безопасные здания. Нам известны случаи обрушения построек 70-х годов и не только в России. То есть не все нам известно про те материалы, с которыми сегодня ведется строительство. Мы знаем что камень на смеси в которой есть куриное яйцо или сок одного местного растения в силах простоять тысячелетия и почти без разрушений. Но мы не знаем как поведет себя какой-нибудь пенокартон артикул №5897579 через шестьдесят лет. Это раз. Второе – в случае отсутствия электричества например спустится с 60 этажа гораздо более проблематично, чем даже с 25. Например. Мы ощущаем такие штуки подсознательно.

При взгляде на небоскрёб нас поражает именно эта дерзость, вызов брошенный всем законам логики и физического притяжения. И потом мы представляем вид из окна и восторженно вздыхаем. Смотреть на мир свысока! Не об этом ли мечтает каждый. Весь мир у ног - вот то, что привлекает нас. Манит. Отсюда и преклонение перед новой архитектурой. Ведь она создает невозможное.

Но необходимо помнить, что мы сейчас лишь отрабатываем модели предложенные сто лет назад в период поэтизации машин, технологий и массовых объединений. Но ведь это устаревшие модели начала ХХ века, популизированные «средневековой» Азией. Нам пора бы придумать нечто новое. Более соответствующее нашему современному представлению о мире. Постреволюционная поэзия «коммуны» давно в прошлом как и радость окончания Второй Мировой. Сейчас необходимо обнаружить то что требуется человеку для того что бы чувствовать и осозновать свое я в этом быстро несущемся мире, нечто дарующее душевный комфорт. Ведь сегодня для довольно обширных групп населения факт присутствия на рабочем месте вовсе не обязателен. Современные способы связи обеспечивают нам эффект присутствия практически в любой точке земного шара. И очевидно, что прогресс движется в эту сторону. Мы разрешили множество проблем недоступных пониманию древних. Мы победили время и пространство. Но так ли мы счастливы? И что же все-таки может бесконечно радовать нас, поддержать в сложные дни, что подарит ощущение гармонии? Пока поиски в этом направлении даже не начинались.

Есть формула древних зафиксированная римским архитектором и инженером в первом веке нашей эры: Польза Прочность Красота. Давайте рассмотрим этот постулат на примере - сравним старый корпус Московского университета XVIII века и новый, открытый четыре года назад. Первое что мы обнаружим - колоссальную разницу в понимании что такое помещение приспособленное для занятий. Современные архитекторы не учли ни одного требования - ни к материалам, которые уже приходят в негодность от интенсивного пользования большим количеством людей, ни к удобству эксплуатации, да что там говорить - нет акустики в аудиториях. Здание университета, которое должно создаваться исходя из задач: большая пропускная способность, здание на века, рассчитанное на поколения слушателей не удовлетворяет ни одного требования к нему. Ни пользы, не прочности не красоты. То есть это строительство в чистом виде. Оно не имеет отношения к архитектуре. Такая же история с библиотеками – Фундаменталка и библиотека Ленина разные реальности. Одна из них исполнена пониманием и уважением к умственному труду, другая потеряла всякое представление о нуждах читателя. То же происходит и на уровне человеческого жилища. Возможно новоселам, шагнувшим из хрущевских бараков в новехонькое здание серии 4769402-В там очень нравится. Но не нужно обольщаться. Рассматривая этот предмет на уровне истории мы вновь обнаруживаем, что нужды «угнетенного класса» рабочих в конце XIX столетия в жилищном плане учитывались на уровне нашего сегодняшнего «вышесреднего» класса. В городе семья жила не менее чем в четырех-пяти комнатной квартире метражом от 100 метров и все необходимое для комфортного существования находилось в пошаговой доступности. Многие ли сегодня могут это себе позволить?

Сегодня архитекторы хвастают друг перед другом только масштабом и размахом финансирования и за этим теряют человека, впрочем он их больше не интересует. Он лишь тень на их тридешках, затерянная посреди гигантской площади окруженной небоскрёбами. Кстати находится на таких площадях – невозможно. Там продувает. Редкий день в году выдается, когда к ним можно подобраться не путем перебежки, но прогулки. Особенно если не учтен рельеф местности и площадь расположена на возвышенности. Но как ощущает себя человек, насколько комфортно чувствует себя физически, какие эмоции среда у него вызывает, это как раз архитектору больше не важно. И вот за эти «поразительные» архитектурные идеи в первую очередь ухватились страны, у которых не было славной древней истории или восточные страны которые по уровню общественного сознания можно назвать «традиционными» их общество строится на жесткой иерархии. Подобные гигантские корпоративные здания выражают и подчеркивают социальную иерархию, ничего более, они даже не считают нужным вводить подробность детали. Человек по их мнению существо которому достаточно "коробочки". Интересно, что многие столицы «поиграли» в современную архитектуру, но на данный период приостановили интеграцию многоэтажных зданий в историческую застройку.

Архитектура – всегда «мессадж». Некое сообщение, утверждение неких общественных ценностей. И сегодня мировые корпорации которые заседают в этих бетонных коробках, утверждают таким образом свое первичное значение. Обратите внимание – раньше грандиозными архитектурными проектами являлись дворцы правителей, их сады, открытые для публики, храмы, площади для общественных дискуссий, городские парки. Теперь главное общественные комплексы это здания аэропортов и офисные здания. Храм и офис. Офис и храм. Чему мы поклоняемся?

Пусть так. Но почему бы не создавать новые города исходя из требований времени? И Вы правы - Лондон чрезвычайно придирчив к хозяевам исторических зданий. Например для известного в свое время ресторана и клуба Scetch были куплены два дома, но ни о каких вмешательствах в их архитектуру и речи быть не могло. Какое там менять планировку? Архитектор оставил на месте декор и даже старые зеркала на местах. Он зашил его стенами новых интерьеров. До такой степени. И так далее. Оконную задвижку в доме на современную конфигурацию не поменять. Приходят комиссии проверять. Вот такое отношение к памятникам истории. Однако хозяевам подобных особняков об этом не стоит напоминать. Большинство из них владеют недвижимостью на протяжении более чем десяти поколений. И они уважительно относятся к тому что было создано для правнуков, прапращуром. В Лондоне действительно много частных домов и особняков, но некоторые провинциальные дворцы, которые содержать хозяева уже не в состоянии – выкупаются на добровольных началах гражданами страны и превращаются в музеи.

А нам нельзя забывать, что Москва была сильно разрушена во время 1812 года, а к концу века здесь уже возникает новая культура. В центре ведется строительство доходных домов. То есть многоквартирных 5-6 этажных домов с разумной планировкой. После 1917 года преемственность прерывается. Богатейшие и образованнейшие семьи или погибли или были вынуждены бежать. Дома потеряли своих истинных хозяев. Оттого особняков осталось крайне мало и они представляют истинную культурную и историческую ценность. В большинстве случаев сегодня их площади занимают различные организации. В том числе общественные, а так же музыкальные школы, музеи, академия и тд. То есть они являются общественными заведениями и какбы охраняются государством. Должны охраняться. Это редчайшие экземпляры застройки. Если уж провинцию бросили погибать, сохраните наследие хотя бы в самом дорогом городе мира. За что мы в конце концов платим налоги? За то чтобы асфальт два раза в месяц снимали и заново укладывали? Это наша история. И история столицы – это гордость страны.

Но помимо «философской» точки зрения у меня имеются и вполне конкретные наблюдения за жизнью центра. Я живу в одном из пресловутых районов. Много лет я снимала квартиры. И жили мы в очень разных местах. Много лет кружили искали себе место. И наконец я нашла то, которое стало по-настоящему моим. Это уютные скверы для прогулок, детские площадки, узкие переулочки, пешеходные зоны, приличные, симпатичные соседи на ближайшие километры вокруг, крохотные магазинчики и ресторанчики, и конечно же историческая застройка. Я искала сердце города. И я его нашла. Но за последние десять лет район изменился до неузнаваемости. Были безжалостно снесены кварталы исторической застройки, уникальные памятники с XVII до начала XX века. А вместе с тем и исчезли и их жители. Коренные москвичи были обмануты. Незаконно и насильственно они были выселены в районы замкадья. Дворы опустели. С точки зрения разумного это был неверный шаг. Население нашего района складывалось на протяжении веков. И даже революция пощадила большую часть его жителей. Но не пощадило желание наживы. Подобные эксперименты по расселению людей определенного круга чего уж тут лукавить в менее образованные социальные слои в таких масштабах – может приводит к довольно масштабным трагедиям. Я провела юность с 14 до 17 лет в Ленинграде, в районе в котором волей случая был поставлен небольшой социальный эксперимент. Несколько кооперативных домов от серьезных организаций и университета были размещены в центре рабочего района. Я не уверена, что много ребят моего поколения, выросших там, остался в живых или на свободе.

Возвращаясь к происходящему вокруг моего нынешнего места жительства. Здесь тотально сменился контингент. В аварийных особняках поселились дворники, по 20-30 человек в каждой комнате старого дома, благо потолки позволяют устраивать многоэтажные нары. А в новых домах нельзя сказать что бы раскупили квартиры. Целые кварталы оказались незаселенными. Более того, многие из хозяев квартир числятся, но не живут здесь, предпочитая заграницы и пригороды. Этот факт я выяснила в поликлинике. Несколько лет она просто пустовала. В связи с прекращением потока желающих пользоваться услугами местного государственного здравоохранения к учреждению прикрепили два далеких района и теперь люди вынуждены ездить к нам через весь город.

Тем временем, сориентировавшись на стоимость жилья здесь, была назначена арендная ставка и кварталы покинули симпатичные небольшие магазины всего необходимого от булочных до канцелярских и хозяйственных, и даже не всякий супермаркет здесь выживает – на моей памяти третий сменился. И цены тут – шикарные. К тому же за любой мелочью кроме сахара, чая, хлеба, приходится выезжать далеко за пределы района, вставая в бесконечную пробку на Садовом. Были закрыты уютные недорогие кафешки, в которых можно было посидеть. Средний чек в нашем районе – от 100 долларов. В качества альтернативы - две Шоколадницы и два Азия кафе. При этом район сосредоточение музеев, лучших школ и других учебных заведений, научных, государственных. Здесь большое количество посольств, к тому же частично сохранились некоторые ансамбли и летом здесь все выходные с утра и до вечера проходят пешии экскурсии. Ежедневно сюда стекается большое количество людей. На работу, на учебу, для проведения досуга. Но вечером здесь все словно вымирает. Лишь несколько домов, в которых светятся окна, в то время как любой район составляют в первую очередь его жители. Но у нас здесь осталось приблизительно 30 процентов жилого фонда, судьба еще 20 процентов туманна, остальное было снесено. Для чего? Чтобы потом добрая половина жителей только мечтала сюда добраться? А другая половина приезжала сюда на работу или учебу? И если тех, кто чудом задержался в старом жилом фонде, или тех, кто искал и нашел для себя дом прошлого столетия сейчас обяжут его содержать, то я уверена что 20 процентов нашего микрорайона покинет центр. А на рынке недвижимости сейчас стагнация. Эксперимент со сносом и строительством новых квартир можно сказать провалился, а быть может просто закончились люди, которые в состоянии выкладывать по 50 тысяч долларов за 1 метр уродской жилой площади. Значит снова строить на этом месте офисы? Но пропускная способность этого городского сегмента в рабочие часы и так находится на грани. В час пик на узком тротуаре не разойтись! Очередь к переходу. На проезжей части бесконечные машины.

Но город – для жителей, а не для машин. Он должен быть устроен так, чтобы учитывать самые разнообразные нюансы – транспортные потоки напрямую зависят от общего понимания задач и целей «общежития». Производительность труда напрямую связана с эмоциональным комфортом человека. Разнообразие культурного досуга наполняет жизнь новыми источниками наслаждений, образовывает и гармонизирует личность. Помимо лирики - существуют градостроительные стандарты, своеобразные санитарные нормы, позволяющие учитывать нужды жителей и предоставлять им услуги. Но у нас все стихийно. Как левая нога захочет. И теперь мы должны еще за это платить? Я что-то не понимаю…
Tags: вместо комментария
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments