форева ёрс (inga_ilm) wrote,
форева ёрс
inga_ilm

про москвичей и нганасан

На сегодняшний момент пребываю в Красноярском крае. Разбираю архив памятников с момента начала освоения края и до конца 80-х годов нашего столетия, до того момента, когда по сути жизнь большой страны была остановлена и когда государство и ее людей уже перестало интересовать собственное наследие.



Я, конечно же, весьма впечатлительная особа, оттого перебираю документы не только с любопытством, но с волнением и долей печали. Впрочем столь утонченный способ времяпрепровождения приносит немало удивительных открытий! Документы в толстых папках, пыль которых я со сладостью вкушаю, несут в себе всякое важное для истории событие. И для всякого периода важны свои истории.

Начинается все конечно же с первых стоянок людей на территории Сибири. Удивительные по красоте памятники – Стоунхейдж отдыхает. Затем первые петроглифы, потом стоянки покорителей Севера – они сохранились хуже всего, так что это зарисовки фундаментов землянок, и фотографии запечатлевающие невероятные в своей суровости виды. И сложно даже представить себе что стоило добраться сюда в XVII-XVIII веках, и как непросто было найти контакт с местным населением.

Занятно, что в прямом смысле этого слова – перебирая историю собственной страны наталкиваешься на удивительные факты, которые позволяют по-другому ее осмыслить. Казалось бы, что могло быть хуже ссылки в далекое поселение для элиты общества, последовавшей после восстания декабристов. Но ирония истории заключается в том, что именно благодаря тому, что члены союзов Спасения, Благоденствия, ордена рыцарей, Южного и Северного общества – мужья и братья – патриоты, призывавшие к Пользе принесли ту самую пользу стране, но не на площади, а в далекой Сибири. За каждым именем декабриста следует описание его деятельности в каком-нибудь Минусинске, в котором благодаря их усилиям создаются школы, библиотеки, ведется обучение крестьян работе на земле в столь неприспособленных для этого климатических условиях, исследуются новые районы, вносится вклад в геодезию и в изучение мирового климата. Эти люди изменили место, в котором оказались волею судеб. Изменили к лучшему. Каждый из них внес свой вклад. А благодаря ссылке в Сибирь наших политзаключенных – Свердлова, Дзержинского, Крупской, Ленина, чудом сохранились дома середины XIX века, да что там - целые районы небольших северных поселений. И уникальные истории – например о создании славянского фонда Вашингтонской библиотеки (http://ru.wikipedia.org/wiki/Юдин,_Геннадий_Васильевич). Мы знаем об этом только потому что там работал Ленин.

Драматичные страницы нашей истории – Белое движение затронуло и Сибирь. Нам не известно сколько погибло колчаковцев, однако имя каждого погибшего из партизан сохранено. И за скупыми строками, чаще всего касающихся гибели восемнадцатилетних безродных мальчишек встает истинная трагедия нашей стран.

Затем период коллективизации и снова по всему краю разбросаны могилы отрядов первых комсомольцев. А иногда наталкиваешься на настоящие восстания, в которых в этих малозаселенных местах потери исчисляются сотнями. Впрочем местное население тяжело выходит на контакт. Многие народности так никогда даже не приняли христианства. Но были и князья – которые не только вышли на сотрудничество с новой властью, но и получили звания Героев Советского Союза, участвуя в ежегодных выставках достижений на ВДНХ.

Но начала я писать все это только оттого, что меня невероятно тронули прекрасные в своей наивности строки, написанные на обелиске, над рекой Хетой, в котором хранится прах одной русской женщины:

Мы пришли к тебе Ама
Нганасане – твои друзья
Нам отцы передали,
Что должна ты вернуться сюда.
Мы хотим твои мысли
Превратить в добрый, долгий рассказ,
На санях своих быстрых
Унести твой последний наказ.

Амалия Михайловна родилась в 1912 году в Иркутске. В 17 лет приехала в Москву, поступила в институт механизации сельского хозяйства. По окончании, как всякая истинная комсомолка, вела активную культ-просвет деятельность в подмосковных деревнях и наконец, по личному обращению, в 1936 году принята на работу в управление северного морского пути на Хатаганскую культбазу. Она кочевала с группой нганасян – самого немногочисленного народа Таймыра. Своим умением охотится, управляться с лодкой и переносить тяготы кочевий, она заслужила уважение мужчин малого народа, в котором женщина считается поганым существом. Она обучала народ русской грамоте, несколько позже организовала первую школу, устроила пункты регулярного медицинского обслуживания, создала первую промысловую артель, и помогла организовать в стойбищах первые родовые советы. Параллельно с этой деятельностью она состоит научным сотрудником Арктического института и предоставляет сведенья для горно-геологического управления Главного североморского пути. В 45 лет заканчивает высшие экономические курсы и занимается переписью населения, не переставая находится в контакте с малыми народами Таймыра.

Вот такая например история. Столько судеб проходит через мои руки! И каждый раз я сравниваю нас, сегодняшних с этими «наивными» идейными. И думаю что записываем мы сегодня в свои биографии. Зарплату? Квартплату? Что оставим своим детям? Связи? Возможности? Счет? Кто вспомнит о нас? О таких разумных и благополучных…

Tags: просто так, сугубо личное
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments